«Повесть временных лет» чья это история?

Часть 1. Вступление не обремененное хронологией.

  Основной проблемой Повести временных лет, является то что она переписывалась в разные времена с учетом той расстановки народов и государств на местности, которую видел переписчик. И главной задачей при её изучении является выделение исходного материала для того или иного времени. Хронологию ПВЛ в своей основе тоже нельзя считать точной, возможны сдвиги или даже размен местами событий во времени. 

  Еще одним недостатком для истории является ее теологическая составляющая. Так как с приходом христианства, многое из более древних источников казалось дикостью и естественно отбрасывалось. Так же на это накладывается политическая составляющая, которая играет не маловажную роль с самого появления исторической литературы.

  Мы постараемся не уподобляться всезнающим авторитетам официальной науки, которые уже определили все места всех народов на карте и в археологических культурах и оставим открытые вопросы открытыми. Но, мы считаем, что так же следует указать на те места которые историки трактуют явно не верно!

Основным материалом является Ипатьевский список ПВЛ с переводом О. В. Творогова.

Для полного понимания приводим абцац первоисточника и официальный перевод, и одновременно комментарии нашего восприятия.  Авторы сайта понимают, что неподготовленному читателю будет трудно воспринимать текст первоисточника. Но он необходим, так как часто расходится с «адаптированным» переводом, и его отсутствие в этом расследовании может создать впечатление обмана читателя.

«По потопѣ бо 3-е сынове Ноеви роздѣлиша земьлю: Симъ, Хамъ, Афетъ. Яся въстокъ Симови: Перьсида, Ватрь, доже и до Иньдикия в долготу, и в широту и до Нирокуриа, якоже рещи от въстока доже и до полуднья, и Сурия, и Мидиа по Ефратъ рѣку, и Вавилонъ, Кордуна, асурианѣ, Месопотамиа, Аравиа Старѣйшая, Елумаисъ, Индия, Аравия Силная, Кулии, Комагины, Финикия вся.»

«После потопа трое сыновей Ноя разделили землю: Сим, Хам, Иафет. И достался восток Симу: Персия, Бактрия, даже и до Индии в долготу, а в ширину до Ринокорура, то есть от востока и до юга, и Сирия, и Мидия до реки Евфрат, и Вавилон, Кордуна, ассирияне, Месопотамия, Аравия Старейшая, Елмаис, Индия, Аравия Сильная, Кулия, Коммагена, вся Финикия.»

Эта информация явно связанная с библейскими первоисточниками, как и следующий абзац.

« Хамови же яся полуденья часть: Егупетъ, Ефиопья, прилежащия къ Индомъ, другая же Ефиопья, из неяже исходить рѣка ефиопьскаа Чермьна, текущия на въстокъ, Фива, Луви, прилежащи доже до Куриния, Мармариа, суритѣ, Ливуи другая, Нумидия, Масурия, Мавритания, противу сущи Гадирѣ. Сущимъ же къ встоком имать Киликию, Памфилию, Писидию, Мосию, Лукаонию, Фругию, Камалию, Ликию, Карию, Лудию, Масию другую, Троаду, Солиду, Вифунию, Старую Фругию. И островы пакы имать: Сарданию, Критъ, Купръ, и рѣку Гиону, зовемую Нилу.»

«Хаму же достался юг: Египет, Эфиопия, соседящая с Индией, и другая Эфиопия, из которой вытекает река эфиопская Красная, текущая на восток, Фивы, Ливия, соседящая с Киринией, Мармария, Сирты, другая Ливия, Нумидия, Масурия, Мавритания, находящаяся напротив Гадира. На востоке же находятся Киликия, Памфилия, Писидия, Мисия, Ликаония, Фригия, Камалия, Ликия, Кария, Лидия, другая Мисия, Троада, Эолида, Вифиния, Старая Фригия. Туда же относятся и острова некие: Сардиния, Крит, Кипр, и река Геона, называемая Нил.»

« А Афетови же яся полунощная страна и западная: Мидия, Олъвания, Армения Малая и Великая, Каподокия, Фефлагони, Галатия, Кольхысъ, Воспорий, меоти, дереви, сармати, тавриани, Скуфия, фраци, Македония, Далматия, молоси, Фесалия, Локрия, Пеления, яже и Полопонисъ наречется, Аркадия, Ипириноя, Илурикъ, словене, Лухития, Аньдриакия, Аньдриатиньска пучина. Имать же и островы: Вританию, Сикелию, Евию, Родона, Хиона, Лѣзвона, Куфирана, Закуньфа, Кефалиния, Ифакину, Керкуру, и часть всякоя страны, и нарицаемую Онию, и рѣку Тигру, текущюю межи Миды и Вавилономъ; до Понетьского моря, на полунощныя страны, Дунай, Днепръ и Кавькасийскыя горы, рекше Угорьскыя, и оттуда, рекше, доже и до Днепра, и прочаая рѣкы: Десна, Припеть, Двина, Волховъ, Волга, иже идеть на въстокъ, въ часть Симову.»

«Иафету же достались северные страны и западные: Мидия, Албания, Армения Малая и Великая, Каппадокия, Пафлагония, Галатия, Колхида, Боспор, меоты, дереви, сарматы, тавриане, Скифия, фракийцы, Македония, Далмация, молоссы, Фессалия, Локрида, Пеления, именуемая также Пелопоннес, Аркадия, Эпир, Иллирия, славяне, Лухития, Адриакия, Адриатическое море. Достались и острова: Британия, Сицилия, Эвбея, Родос, Хиос, Лесбос, Кифера, Закинф, Кефалония, Итака, Корфу, часть Азии, называемая Иония, и река Тигр, текущая между Мидией и Вавилоном; до Понтийского моря, на север, Дунай, Днестр, и Кавкасийские горы, то есть Венгерские, и оттуда, скажем, до самого Днепра, и прочие реки: Десна, Припять, Двина, Волхов, Волга, которая течет на восток в часть Симову.»

Стандартное библейское описание разделения народов на три расы говорит нам о том, что данный текст может быть сформирован после принятия христианства человеком его написавшим. Кто такой Нестор и что было написано им, а что другими требует серьезного отдельного расследования. Тут главная суть в трех расах Иафет-европеоид, Хам-негроид, Сим-араб. А где монголоиды? Да они не попали в библию, видимо во времена написания не было соприкосновения?

«Въ Афетови же части сѣдить русь, чюдь и вси языцѣ: меря, мурома, всь, мордва, заволочьская чюдь, пермь, печера, ямь, югра, литва, зимигола, корсь, лѣтьгола, либь. Ляховѣ же, и пруси и чюдь присѣдять к морю Вяряскому. По сему же морю сѣдять варязи сѣмо къ вьстоку до предѣла Симова, по тому же морю сѣдять къ западу до земли Агаряньски и до Волошьскые.»

«В Иафетовой же части обитает русь, чудь и всякие народы: меря, мурома, весь, мордва, заволочьская чудь, пермь, печера, ямь, угра, литва, зимигола, корсь, летгола, ливы. Поляки же и пруссы, и чудь сидят близ моря Варяжского. По этому же морю сидят варяги: отсюда к востоку — до пределов Симовых, сидят по тому же морю и к западу — до земли Английской и Волошской.»

Итак к европеоидам ПВЛ относит все выше перечисленные народы. Почему до земли Агаряньски, переводят словом «Английской»? Все дело в отсутствии запятой? Прочитаем так:

«По сему же морю сѣдять варязи сѣмо къ вьстоку до предѣла Симова, по тому же морю сѣдять къ западу, до земли Агаряньски и до Волошьскые.»

Тогда получится: «к востоку до предела Симова – земли Агаряньски, к западу до Волошьскые». Такое трактование более естественно, ведь кто такие Агаряне?

«Агаряне (I Пар. V, 10, Псал. LXXXII, 7, Вар. III, 23) — потомки Измаила, сына Агари, измаильтяне или арабы. Во время занятия евреями Земли Обетованной они жили в восточной стороне Палестины между Галаадом и Ефратом. Из Свящ. Писания видно, что они иногда вступали в союз с моавитянами против израильтян, но большей частью сражались безуспешно.»

Волохи, читаем Википедию:

«Вала́хи (также влахи, волохи) — этнографический экзоэтноним, обозначающий народы, носителей восточно-романских языков; название румын и всего восточно-романского населения Балкан и Карпат в средневековье, а также (в более ранних источниках) всего романского, романоязычного или романизированного населения Европы (см. Латинская Европа и Старая Романия). На основе валашских этноязыковых групп сложились две крупные современные нации: румыны и молдаване, имеющие свои государственные образования, а также ряд малочисленных народностей Балкан: истрорумыны, мегленорумыны, аромуны, влахи Сербии, Воеводины, Македонии и т. д. Другие, ещё более малочисленные валашские группы постепенно ассимилировались, войдя в состав южнославянских народов.»

«Вала́хия (рум. Ţara Românească, прежде Ţeara Rumînească и также Wallahia) — историческая область на юге Румынии, между Карпатами и Дунаем; делится рекой Олт на Мунтению (Большую Валахию) и Олтению (Малую Валахию).»

Трудно современным авторам согласиться с летописью признав современную Валахию западной границей неких варязей?

Но, тут возникает существенная нестыковка. Проблема двух морей варяжских. Как мог возникнуть такой запутанный текст? Очень просто! У одного из компиляторов текстов есть информация о ляхах и прусах, чуди, которые в его время живут у моря Варяжского (Балтийского) и есть более ранние тексты о варягах живущих от Валахии до агарян, по морю но уже Черному. Но, где должны жить варяги? Конечно, по морю Варяжскому. Так Варяжским морем становится Черное.

Далее по тексту ПВЛ:

«Афетово же колѣно и то: варязи, свеи, урмане, готѣ, русь, аглянѣ, галичанѣ, волохове, римлянѣ, нѣмци, корлязи, венедици, фряговѣ и прочии, присѣдять от запада къ полуденью и съсѣдятся съ племенем Хамовомъ.»

«Потомство Иафета также: варяги, шведы, норманны, готы, русь, англы, галичане, волохи, римляне, немцы, корлязи, венецианцы, фряги и прочие, — они примыкают на западе к южным странам и соседят с племенем Хамовым.»

В этом абзаце загадочные «варязи»(варяги)  четко отделены от «русь» и «урмане»(норманны). Запомним этот момент. Нет тут и греков или эллинов? На самом деле есть, и скрыты они под именем римляне, эту точку зрения позже разъясним подробно. Кстати интересная «солянка» из народов не правда ли? И нету тут славян!

Далее идет вставка явно библейского содержания, в которой трудно усмотреть исторические зацепки. Но концовка уже несет смысл. Это восприятие автором происхождения славян.

«По раздрушении же столпа и по раздѣлении языкъ прияша сынове Симовы въсточныя страны, а Хамовы же сынове полуденныа страны. Афетови же сынове западъ прияша и полунощьныя страны. От сихъ же 70 и дву языку бысть языкъ словенескъ, от племени же Афетова, нарѣцаемѣи норци, иже суть словенѣ.»

«По разрушении же столпа и по разделении народов приняли сыновья Сима восточные страны, а сыновья Хама — южные страны. Иафетовы же сыновья приняли запад и северные страны. От этих же семидесяти и двух народов произошел и народ славянский, от племени Иафета — так называемые норики, которые и есть славяне.»

Кто такие «норци»?  Согласно перевода, «норци» — норики, жители одноименной римской провинции к югу от Дуная, между Ретией и Паннонией. По мнению К. Л. Егорова, «соотнесение нориков и славян у средневекового историка могло возникнуть вследствие того, что Норик был первой из провинций Рима, заселённый славянами уже в VI веке, и за этим новым населением какое-то время сохранялось имя жителей провинции». Но такая трактовка – это лишь версия.

Далее ПВЛ сообщает:

«По мнозѣхъ же временѣхъ сѣлѣ суть словени по Дунаеви, кде есть нынѣ Угорьская земля и Болгарьская. От тѣхъ словенъ разидошася по земьли и прозвашася имены своими, кде сѣдше на которомъ мѣстѣ. Яко пришедше сѣдоша на рѣцѣ именемъ Моравѣ, и прозвашася морава, а друзии чесѣ нарекошася. А се ти же словѣне: хорвати бѣлии, серпь и хорутане  Волохомъ бо нашедшим на словены на дунайскые, и сѣдшимъ в нихъ и насиляющимъ имъ. Словѣне же ови пришедше и сѣдоша на Вислѣ, и прозвашася ляховѣ, а от тѣхъ ляховъ прозвашася поляне, ляховѣ друзии — лютицѣ, инии мазовшане, а инии поморяне.»

«Спустя много времени сели славяне по Дунаю, где теперь земля Венгерская и Болгарская. И те славяне разошлись по земле и назвались именами своими от мест, на которых сели. Как придя, сели на реке именем Морава, так назвались морава, а другие назвались чехи. А вот те же славяне: белые хорваты, и сербы, и хорутане. Когда волохи напали на славян дунайских, то поселились среди них, и стали притеснять их. Славяне же другие пришли и сели на Висле и прозвались поляками, а от тех поляков пошли поляне, другие поляки — лютичи, иные — мазовшане, а иные — поморяне.»

По прошествии длительного времени сели славяне по Дунаю. Выглядит, что по мысли автора часть «норци» жившая на Дунае размножилась в куст славянских народов. Возможно, автором была выбрана просто центральная территория расселившихся уже к тому времени славян. Ивот тут всплывают Волохи! Это явное описание возникновения Румынского этноса. Тут же приводится информация о славянских племенах. И далее:

«Такоже и тѣ же словѣне, пришедше, сѣдоша по Днепру и наркошася поляне, а друзии деревляне, зане сѣдоша в лѣсѣхъ, а друзии сѣдоша межи Припѣтью и Двиною и наркошася дреговичи, и инии сѣдоша на Двинѣ и нарекошася полочане, рѣчькы ради, яже втечеть въ Двину, именемь Полота, от сея прозвашася полочанѣ. Словѣне же сѣдоша около озера Илмера, и прозвашася своимъ именемъ, и сдѣлаша городъ и нарекоша и́ Новъгородъ. А друзии же сѣдоша на Деснѣ, и по Семи, и по Сулѣ и наркошася сѣверо. И тако разидеся словенескъ языкъ, тѣмьже и прозвася словеньская грамота.»

«Также эти же славяне, придя, сели по Днепру и назвались полянами, а другие — древлянами, потому что сели в лесах, а другие сели между Припятью и Двиною и назвались дреговичами, иные сели по Двине и назвались полочанами, по речке, впадающей в Двину, именуемой Полота, от нее и прозвались полочане. Те же славяне, которые сели около озера Ильмень, назывались своим именем и построили город, и назвали его Новгородом. А другие сели по Десне, и по Сейму, и по Суле и назвались северянами. И так распространился славянский народ, а по его имени и грамота назвалась славянской.»

Возникает интересный момент. Все племена имеют свои имена а вот основатели Новгорода нет! Странно не правда ли? И куда делись «варязи»? Целое море названо их именем, но кто они? Огромная территория аж до «пределов симовых» занята этим народом, но славяне мирно расселяются и строят Новгород. Расселись тут славяне по чужим землям и ни кто им не помеха! Так и возникает перед глазами картина. Идет такой славянин с мотыгой, встречается ему варязь, и он его лицом в грязь. А потом гот, и славянин его мотыгой в рот.

Далее следует описание великих водных путей.

Есть огромное число авторов критикующих историков за принятие, описания пути из варяг в греки в точности с описанием ПВЛ. На то есть серьезные причины. Но, ни кто не задумывался о возможности множества волоков в месте основного водораздела. Валдай! Что скрыто в этом месте, и почему название Двина укочевало так далеко на север?

И так, ПВЛ (Повесть временных лет) сообщает нам следующее:

«Днѣпръ бо течеть изъ Воковьского лѣса, и потечеть на полудни, а Двина изъ того же лѣса потечет, и идеть на полуночье и внидет в море Варяское.»

«Днепр же вытекает из Оковского леса и течет на юг, а Двина из того же леса течет и идет к северу, и впадает в море Варяжское.»

Воковьский лес = Валдайская возвышенность. Глядя на карту не трудно убедиться какое значение имело это место во времена отсутствия наземных магистралей, и использования водных транспортных артерий. Именно отсюда вытекают реки во все направления!

Читаем Википедию:

«Валда́йская возвы́шенность (иногда просто Валда́й) — возвышенность в северо-западной части Русской равнины, в пределах Тверской, Новгородской, Смоленской и отчасти Псковской и Ленинградской областей, протяжённостью более 600 км.»

Но нас интересует, как название Двина «перенеслось» на столь большое расстояние.

Двина Фасмер:

«Двина́

(За́падная) – название реки, перенесенное затем также на Сев. Двину. Зап. Двина называется в др.-исл. Dýn(a), ср. польск. Dźwina, нем. Düna, лит. Dauguvà, лтш. Daugava; ср. еще лит. daũg "много", а также распространенный русск. гидроним Многа. Далее, лив. Vẽna, эст. Väina-jõgi, Väin, фин. Väinäjoki, также эст. väin "пролив" (Кеттунен, LW 480; Виклунд, МО 10, 173; IFAnz. 44, 374; Маркварт, UJb. 4, 324; Сетэлэ, Krohn-Festschr. No 13, 29 и сл.). Отсюда производят также имя Väinämöinen. Сев. Двина называется по-карельски Viena, откуда др.-исл. Vína (Миккола, ÄВ 11 и сл.). Ввиду начального dv- это название не может быть финно-угорским (см.Виклунд, МО 10, 174; также Сетэлэ, там же). Попытка Виклунда объяснить данное название как заимств. из др.-сканд. Dýna и связать последнее с др.-исл. dvína "слабеть, исчезать", англос. dvínan, голл. verdwijnen (поскольку устье Зап. Двины оканчивается многочисленными рукавами и болотами) невероятна (см. Хольтхаузен, Awn. Wb. 43, где Dýna – из русск.) уже потому, что существует Двина́ – приток Десны (в Черниговск. обл.) и Двиноса – приток Вилии (бассейн Немана), польск. Dźwinosa. Возм., это древнее и.-е. название, которое Розвадовский (RS 6, 61) относит к др.-инд. dhávatē, dhā́vati "течет", dhāutíṣ "родник, ручей", греч. θέειν "бежать", θοός "быстрый", др.-исл. dǫgg "роса", ср.-в.-н., д.-в.-н. tou "роса", тогда как Ильинский (ИОРЯС 23, 2, 247 и сл.) связывает с греч. θῖς, род. п. θινός "дюна", лит. dùja "пылинка", лтш. dun̨i "тина". Следует отвергнуть все попытки установить родство с Дон (напр., Б. Сапунов X; Карский 1, 45) или с дви́гать (Н. Соколов, RS 3, 225). Сомнительна также связь с гот. dauns "пар" (Лёвенталь, РВВ 54, 477). О карельск. Viena "Сев. Двина" см. еще Мягисте, ASSES 2, 78 и сл., который отделяет его от русск. Двина́ и производит от фин. vieno "спокойный, тихий".

(См. еще Блесе ("Studi baltici", 9, 1952, стр. 199 и сл.), который возводит русск. Двина к балт. первоисточнику, а (Сев.) Двина объясняет иначе – как родственное русск. два и т. д. – Т.)»

Википедия о северной Двине:

«Народная топонимика» соотносит название Двины с «двойной рекой»; эту версию происхождения названия приводят ещё Сигизмунд Герберштейн в «Записках о Московии» (1549) и Александр Гваньини в «Описании Московии» (1578). Некоторые лингвисты возводят её название к индоевропейской основе (др.-инд. dhávatē «течёт» и т. д.). А. М. Шёгрен связывал этот гидроним со словом из языка коми вына «могучий, сильный». Другие толкования см. в словаре М. Фасмера.»

Все проблемы может разрешить великий русский язык! Где есть корень «ДВ», о да, это трудно заметить, что древний индоевропейский корень сохранился в русском…. ДВИГАТЬ, ДВИЖЕНИЕ, ДВИГАТЕЛЬ.

ДВИГАТЬ, ДВИЖЕНИЕ, ДВИГАТЕЛЬ.

Но если предположить, что Двина – это движение, то становится совсем уместным дополнительное поясняющее слово, куда Двигаемся. Западная Двина, Северная Двина.

Да все пути были связаны с реками, а реки в имеют четкое разделение по вопросу куда течь, все решает Валдайская возвышенность. Именно тут могли существовать волоки основных торговых путей.

Является ли ошибочной информация о пути «из варяг в греки» в ПВЛ или нет, но сомнений что Северная Двина и Западная Двина получили свои названия из-за развилки путей у авторов сайта практически нет. И основным при этом являлся Волжский путь, это легко увидеть взглянув на карту.

Да историки стоят в тупике из-за того, что путь «из варяг в греки» слишком не правилен с точки зрения географии. На Днепре пороги, при волоке из Днепра в Ловать надо пересечь Западную Двину, хотя она сама впадает в Балтику (Варяжское море).

Причина может быть одна, кто-то имел не четкую информацию о водных путях, когда писал летопись. Возможно ли это? Думается очень даже допустимо. Но если немного преобразовать ПВЛ, то получаться реальные пути.

Итак информация оригинала:

«Поляномъ же живущим о собѣ по горамъ симъ, и бѣ путь из Варягъ въ Грѣкы, и изъ Грѣкъ по Днепру, и вѣрхъ Днѣпра волокъ до Ловоти, и по Ловоти внити в Илмерь озеро великое, из негоже озера потечеть Волховъ и втечеть въ озеро великое Нево, и того озера внидет устье в море Варяское. И по тому морю внити доже и до Рима, а от Рима прити по тому же морю къ Цесарюграду, и от Царяграда прити в Понтъ море, в неже втечет Днѣпръ рѣка. Днѣпръ бо течеть изъ Воковьского лѣса, и потечеть на полудни, а Двина изъ того же лѣса потечет, и идеть на полуночье и внидет в море Варяское. Ис того же лѣса потечеть Волга на въстокъ и вътечет седьмьюдесятъ жерелъ в море Хвалийское. Тѣмьже из Руси можеть ити по Волзѣ в Болгары и въ Хвалисы, и на въстокъ доити въ жеребий Симовъ, а по Двинѣ въ Варягы, а изъ Варягъ и до Рима, от Рима же и до племени Хамова. А Днепръ втечет в Понтеское море треми жералы, иже море словеть Руское, по нему же училъ святый апостолъ Андрѣй, братъ Петровъ.»

«Когда же поляне жили сами по себе на горах этих, тут был путь из Варяг в Греки и из Грек по Днепру, а в верховьях Днепра — волок до Ловоти, а по Ловоти можно войти в Ильмень, озеро великое; из этого же озера вытекает Волхов и впадает в озеро великое Нево, и устье того озера впадает в море Варяжское. И по тому морю можно дойти даже до Рима, а от Рима можно прийти по тому же морю к Царьграду, а от Царьграда прийти в Понт море, в которое впадает Днепр река. Днепр же вытекает из Оковского леса и течет на юг, а Двина из того же леса течет и идет к северу, и впадает в море Варяжское. Из того же леса течет Волга на восток и впадает семьюдесятью устьями в море Хвалисское. Поэтому из Руси можно плыть по Волге в Болгары и в Хвалисы, и на восток пройти в удел Сима, а по Двине — к варягам, а от варягов до Рима, от Рима же и до племени Хамова. А Днепр впадает в Понтийское море тремя устьями; это море именуемо Русским, — по берегам его учил святой Андрей, брат Петра.»

Да из верховьев Днепра волок только не до Ловоти, а до Двины. А вот из Волги до Ловоти. И все встает на свои места. Тогда и Северная Двина обретает свое законное место на карте великих путей, из Волги через Вологду(волок) в Сухону и далее в Северную Двину, хотя может был и путь короче в Костромской области (Надо изучить географию точнее).

Если Валдай – это место великих волоков, то должно же было сохраниться что-то в названиях.

Ищем и находим.

Вышний Волочек Россия, Тверская область

озеро Волочко Россия, Новгородская область, Демянский район

село Волок Россия, Новгородская область, Боровичский район

поселок Волок Россия, Тверская область, Андреапольский район

поселок Волок Россия, Тверская область, Торопецкий район

Судя по расположению топонимов, волокли по разному, каждый кто какой путь знал. Главной задачей было преодоление водораздела. Поэтому «ошибка» летописца не является чем-то не естественным.

Кстати совсем уж «странным» выглядит название великого водораздела ВАЛДАЙ.  Не будем цитировать Фасмера с его этимологией корня «ВАЛ». Надеемся, что люди говорящие по-русски и читающие этот сайт сами поймут значение слова, без немецких авторов.

Такая каша из водных путей возникает из-за их компиляции. Двина течет на полуночь именно Северная, и теперь  Белое море становится Варяжским из-за того, что Западная Двина ведет к варягам. Но самым интересным моментом, является «а по Двинѣ въ Варягы, а изъ Варягъ и до Рима». По морям в обход Европы??? Видимо тут проклюнулись древние варяги, те что жили от Валахии до агарян. Важно отметить, что последний из соавторов разделяет Рим и Царьград, пользуясь первоначальными текстами он превращает водные пути в путаницу. Потытаемся выделить первичный путь  из «Варягъ въ Грѣкы».

«Поляномъ же живущим о собѣ по горамъ симъ, и бѣ путь из Варягъ въ Грѣкы», «а изъ Варягъ и до Рима». Вот и вся первоначальная информация. Тут Рим=Царьград.  А весь путь это участок гор  территории полян и морем до Царьграда.

Далее следует еще один странный фрагмент:

«Якоже ркоша, Андрѣю учащю в Синопии, пришедшю ему в Корсунь, увидѣ, яко ис Коръсуня близъ устье Дьнѣпръское, и въсхотѣ поити в Римъ, и приде въ устье Днепръское, и оттолѣ поиде по Днѣпру горѣ. И по приключаю приде и ста подъ горами на березѣ. И заутра, въставъ, рече к сущимъ с нимъ ученикомъ: «Видите горы сия? Яко на сихъ горахъ въсияеть благодать Божия: имать и городъ великъ быти и церкви мьногы имат Богъ въздвигнути». И въшедъ на горы сиа, и благослови я, и постави крестъ, и помолився Богу, и слѣзе съ горы сея, идеже послѣже бысть Киевъ, и поиде по Днѣпру горѣ. И приде въ словены, идеже нынѣ Новъгород, и видѣвъ люди ту сущая, какъ ихъ обычай и како ся мыють и хвощются, и удивися имъ. И иде въ Варягы, и приде в Римъ, исповѣда, елико научи и елико видѣ, и рече имъ: «Дивно видѣхъ землю словеньску, идущю ми сѣмо. Видѣхъ банѣ древяны, и пережьгуть я велми, и съвлекутся, и будуть нази, и обольются мытелью, и возмуть вѣникы, и начнуть хвостатися, и того собѣ добьють, одва вылѣзуть еле живы, и обольются водою студеною, и тако оживут. И тако творять по вся дни, не мучими никымже, но сами ся мучать, и то творят не мытву себѣ, а <...> мученье». И се слышавше, дивляхуся. Андрѣй же, бывъ в Римѣ, приде въ Синопию.»

«Как говорят, когда Андрей учил в Синопе и прибыл в Корсунь, узнал он, что недалеко от Корсуня устье Днепра, и захотел пойти в Рим, и проплыл в устье днепровское, и оттуда отправился вверх по Днепру. И случилось так, что он пришел и стал под горами на берегу. И утром, встав, сказал бывшим с ним ученикам: «Видите ли горы эти? Так на этих горах воссияет благодать Божия, будет город великий, и воздвигнет Бог много церквей». И взойдя на горы эти, благословил их и поставил крест, и помолился Богу, и сошел с горы этой, где впоследствии будет Киев, и пошел вверх по Днепру. И пришел к славянам, где нынче стоит Новгород, и увидел живущих там людей — каков их обычай и как моются и хлещутся, и подивился на них. И пошел к варягам, и пришел в Рим, и поведал о том, скольких научил и кого видел, и рассказал им: «Диво видел я в Славянской земле, когда шел сюда. Видел бани деревянные, и натопят их сильно, и разденутся и будут наги, и обольются мытелью, и возьмут веники, и начнут хлестаться, и до того себя добьют, что едва вылезут, чуть живые, и обольются водою студеною, и только так оживут. И творят это постоянно, никем же не мучимые, но сами себя мучат, и то творят не мытье себе, а <...> мученье». Те же, слышав, удивлялись; Андрей же, побыв в Риме, пришел в Синоп.»

Андрей приехал к «безымянным» славянам в Новгород, и встретил у них удивительный обычай, а именно «русскую баню». Из Новгорода Андрей попадает к загадочным Варягам, а от них в Рим. Только вот в какой такой Рим он попадает. Почему перевод звучит «побыв в Риме» приехал в Синопию? Написано же русским языком «быв в Риме, приехал в Синоп». Дело в том, что официальная история Римом явно считает тот, который сейчас находится в Италии. Но, Синоп находится:

«Синоп (Синопа) — в древности одна из главных греческих колоний на южном берегу Чёрного моря, на полуострове Пафлагонского побережья, к востоку от мыса Карамбиса.»

Устранить данный конфликт возможно только одним способом. Признав, что Римом в данном месте ПВЛ называет Византию.

Справка из Википедии по Византии:

«Византи́йская импе́рия, Византи́я, Восточная Римская империя (395—1453) — государство, оформившееся в 395 г. вследствие окончательного раздела Римской империи после смерти императора Феодосия I на западную и восточную части. Менее чем через восемьдесят лет после раздела, Западная Римская империя прекратила свое существование, оставив Византию исторической, культурной и цивилизационной преемницей Древнего Рима на протяжении почти десяти столетий истории поздней Античности и Средневековья.»

Тогда становится и более понятной первая часть текста. Андрей учил в Синопе (южное побережье Черного моря) Потом в Корсуне (Севастополь) (северное побережье Черного моря). Далее думал поехать обратно в Рим, столицей которого был Царьград, он же Константинополь, ныне Стамбул. Но на пути попалось устье Днепра, туда и свернул. А теперь вспомним куда попал проповедник? В Варяги. Вот корень ошибки летописца, путь проповедника был обозначен как основной торговый!

Тогда и путь Андрея из Новгорода возможно проходит не морем, а вниз по Волге. И Варягов он встречает именно там. Хотя это пока не обретает четкой доказательной базы.

Также заметим, что в предыдущем тексте звучит название «греки», а в описании похода Андрея уже «Рим», видимо текст с описанием пути проповедника более древний или заимствованный из одного источника, а описание водных торговых путей дописано другим.  Но объединяет их перенос путешествия Андрея в торговый маршрут «из варяг в греки».

Бросается в глаза и такой фрагмент: «И иде въ Варягы, и приде в Римъ». Тут опять проклевывается именно более древняя информация о коротком пути из варяг в греки.

Далее в летописи приводится миф о разделении славянских родов на Чехов, Хорватов, Киевлян.

« Поляномъ же живущиим о собѣ и владѣющимъ роды своими, яже и до сея братья бяху поляне, и живяху кождо съ родом своимъ на своихъ мѣстехъ, володѣюще кождо родомъ своимъ. И быша 3 брата: а единому имя Кий, а другому Щекъ, а третьему Хоривъ, и сестра ихъ Лыбѣдь. И сѣдяше Кий на горѣ, кдѣ нынѣ увозъ Боричевъ, а Щекъ сѣдяше на горѣ, кдѣ нынѣ зовется Щековица, а Хоривъ на третьей горѣ, отнюду же прозвася Хоривица. Створиша городокъ во имя брата ихъ старѣйшаго и наркоша и́ Киевъ. И бяше около города лѣсъ и боръ великъ, и бяху ловяще звѣрь, бяхуть бо мудрѣ и смыслени, и нарицахуся поляне, от нихъ же суть поляне — кияне и до сего дни.»

«Поляне же жили в те времена сами по себе и управлялись своими родами; ибо и до той братии были уже поляне, и жили они все своими родами на своих местах, и каждый управлялся самостоятельно. И были три брата: а один по имени Кий, а другой — Щек, а третий — Хорив, и сестра их — Лыбедь. Сидел Кий на горе, где ныне подъем Боричев, а Щек сидел на горе, которая ныне зовется Щековица, а Хорив на третьей горе, отчего и названа Хоривицей. И построили город и в честь старшего своего брата дали имя ему Киев. Был вокруг города лес и бор велик, и ловили там зверей, а были люди те мудры и смыслены, и назывались они полянами, от них поляне — киевляне и доныне.»

По поводу Чехов и Хорватов вопросов не возникает, вроде бы и миф, но все же! Кто такая сестра Лебедь? Что касается полян, ранее сообщалось «Славяне же другие пришли и сели на Висле и прозвались ляхами, а от тех ляхов пошли поляне, другие ляхи — лютичи, иные — мазовшане, а иные — поморяне.» А теперь: «Был вокруг города лес и бор велик, и ловили там зверей, а были люди те мудры и смыслены, и назывались они полянами, от них поляне — киевляне и доныне.» Итак второй центр Руси – Киев возникает не менее загадочно, как и первый Новгород.

Автор повести живет в Киеве среди ляхов (которые являются одними из славян), но более древний источник говорит о полянах на этой территории. Естественно, что ему нужно их породнить. Нам же надо четко разделить, позднюю информацию о славянах – ляхах и раннюю о полянах, через которых лежал путь, из тоже древних и неизвестных последнему автору варяг, в Рим.

О.В. Творогов: «Легенда об основании Киева тремя братьями весьма древняя: она зафиксирована армянским историком 8 века Зенобом Глаком. Он рассказывает об основании Куара (Киева) Куаром, Ментеем и Хореаном.»

«Инии же, не вѣдуще, ркоша, яко Кий есть перевозникъ бысть, у Киева бо перевозъ бяше тогда съ оноя страны Днепра, тѣмь глаголаху: «На перевозъ на Киевъ». Аще бо былъ перевозникъ Кый, то не бы ходилъ къ Цесарюграду. Но сий Кий княжаше в роду своем, и приходившю ему къ цесарю — не свѣмы, но токмо о сѣмъ вѣмы, якоже сказають: яко велику честь приялъ есть от цесаря, которого не вѣмъ и при котором приходи цесари. Идущю же ему опять, приде къ Дунаеви, и възлюби мѣсто, и сруби городокъ малъ, и хотяше сѣсти с родомъ своимъ, и не даша ему близъ живущии; еже и донынѣ нарѣчють дунайци городище Киевѣць. Киеви же пришедшю въ свой городъ Киевъ, ту и сконча животъ свой, и брата его — Щекъ и Хоривъ, и сестра ихъ Лыбѣдь ту скончашася.»

«Некоторые же, не зная, говорили, что Кий был перевозчиком; был-де тогда у Киева перевоз с той стороны Днепра, отчего и говорили: «На перевоз на Киев». Если бы был Кий перевозчиком, то не ходил бы к Царьграду. А этот Кий княжил в роде своем, и когда ходил он к цесарю, <какому> — не знаем, но только то знаем, что, как говорят, великих почестей удостоился тогда от цесаря, какого — не знаю, к которому он приходил. Когда же возвращался, пришел он к Дунаю, и облюбовал место, и срубил городок небольшой, и хотел сесть в нем со своим родом, да не дали ему живущие окрест; так и доныне называют придунайские жители городище то — Киевец. Кий же, вернувшись в свой город Киев, тут и окончил жизнь свою; и братья его Щек и Хорив и сестра их Лыбедь тут же скончались.»

В этом абзаце отрицается другая легенда основания Киева, которая явно не приятна летописцу. Подобные легенды о происхождении названий городов свойственны более поздним временам, когда смысловая нагрузка в корне топонима терялась, это дает основания полагать относительно позднюю вставку. А Лебедь просто скончалась? Остается вопрос, зачем она вообще введена в миф? Как правило, в подобных историях все персонажи должны нести смысловую нагрузку. Значит, в этом мифе мы что-то недопонимаем!

Но кем должен быть Кий, как не перевозчиком? Ведь он на пути из варяг в греки! Что следует из выделения более ранней информации от поздних наслоений?

Во-первых первоначальный Куар-Киев совсем не современный последнему автору.

Во-вторых варяги, поляне и греки (римляне) не современные автору этносы, из которых он пытается создать современных ему варягов, ляхов, и греков.

«И по сей братьи почаша дѣржати родъ ихъ княжение в поляхъ, а въ деревляхъ свое, а дрьговичи свое, а словѣне свое въ Новѣгородѣ, а другое на Полотѣ, иже и полочанѣ. От сихъ же и кривичи, иже сѣдять на верхъ Волгы, и на вѣрхъ Двины и на вѣрхъ Днѣпра, ихъже и городъ есть Смолѣнескъ; туда бо сѣдять кривичи. Таже сѣверо от них. На Бѣлѣ озерѣ сѣдять вѣсь, а на Ростовѣ озерѣ меря, а на Клещинѣ озерѣ сѣдять мѣря же. А по Оцѣ рѣцѣ, кде втечеть въ Волгу, языкъ свой — мурома, и черемиси свой языкъ, и мордва свой языкъ. Се бо токмо словѣнескъ языкъ в Руси: поляне, деревляне, новъгородьци, полочане, дьрьговичи, сѣверо, бужане, зане сѣдять по Бугу, послѣже же волыняне.»

«И после этих братьев стал род их княжить у полян, а у древлян было свое княжение, а у дреговичей свое, а у славян в Новгороде свое, а другое на реке Полоте, где полочане. От этих последних произошли кривичи, сидящие в верховьях Волги, и в верховьях Двины и в верховьях Днепра, их же город — Смоленск; именно там сидят кривичи. От них же происходят и северяне. А на Белом озере сидит весь, а на Ростовском озере — меря, а на Клещине озере сидит также меря. А по реке Оке — там, где она впадает в Волгу, свой народ — мурома, и черемисы — свой народ, и мордва — свой народ. Вот кто только славянские народы на Руси: поляне, древляне, новгородцы, полочане, дреговичи, северяне, бужане, прозванные так потому, что сидели по Бугу, а затем ставшие называться волынянами.»

Теперь летописец определяет географическое положение народов, и заодно отделяет славян от не славян. Но, простите, а где среди последнего перечесления славян кривичи, они же от полочан произошли! А как в первом тексте сказано прочитали? «От сих же и кривичи, иже седят на верх Волги». Так может надо говорить, что не «произошли», а «сидят» «от сих мест и до тех», т.е от земли полочан до верховьев Волги сидят некто «кривичи». И далее по тексту: «Так же северо от них (сидят, а не происходят)». В подтверждение этого читаем в Лаврентьевском списке ПВЛ: «Таже сѣверъ от них, на Бѣлѣозерѣ сѣдять вѣсь, а на…», т.е. «на севере от кривечей сидит весь». Ого, целое племя «северян» вообще из текста исчезает! Но, вновь появляется в перечне славянских народов. А может, перечень вставлен другим автором, который неправильно понял «от них»? В любом случае, кривичи не попадают к славянам. Да кстати, а где вятичи??? :)

Надо обратить внимание на то, что здесь словом «Русь», автор текста называет некий племенной союз и выводит в нем славян в положение главных в этом объединении. А это уже пахнет политикой, поэтому данная дописка может иметь поздний характер.

А что с народом весь? Прочитаем текст по-другому:

«И после этих братьев стал род их княжить у полян, а у древлян было свое княжение, а у дреговичей свое, а у славян в Новгороде свое, а другое на реке Полоте, где полочане. От этих последних кривичи, сидящие в верховьях Волги, и в верховьях Двины и в верховьях Днепра, их же город — Смоленск; именно там сидят кривичи. От них же севернее, на Белом озере всем сидит  на Ростовском озере — меря, и на Клещине озере сидит также меря. А по реке Оке — там, где она впадает в Волгу, свой народ — мурома, и черемисы — свой народ, и мордва — свой народ.»

В первоначальном тексте не было ни народа северов, ни веси! Значит описание кто говорит на каком языке более позднее. А если учесть путаницу, где переводить «языци» как «народ», а где «язык».

«И се суть инии языцѣ, иже дань дают Руси: чудь, весь, меря, мурома, черемись, мордва, пѣрмь, печера, ямь, литва, зимѣгола, корсь, нерома, либь: си суть свой языкъ имуще, от колѣна Афетова, иже живуть на странахъ полунощныхъ.»

«А это другие народы, дающие дань Руси: чудь, весь, меря, мурома, черемисы, мордва, пермь, печера, ямь, литва, зимигола, корсь, нарова, ливы, — эти говорят на своих языках, они от колена Иафета и живут в северных странах.»

 Заметим тут слово «языкъ» во втором случае переведено, как «язык», а не «народ». Так же эти перечисленные племена признаются европеоидами.

Еще в глаза бросается тот факт, что у последнего соавтора понятие «Русь» - это уже объединение народов с центром в Киеве («Се бо токмо словѣнескъ языкъ в Руси»). Но, ранее народ русь перечислен в афетовом колене наравне с готами и варягами. Так, что такое «русь»?

В данном случае автор приближенный к владыкам уже могущественной Руси все и вся, что посчитал упоминанием о народе записывает в данники своих покровителей.

«Словеньску же языку, якоже ркохом, живущю на Дунаи, придоша от скуфъ, рекше от козаръ, рекомии болгаре, и сѣдоша по Дунаеви, насѣлницѣ словеномъ бѣша. А посемъ придоша угре бѣлии и наслѣдиша землю словѣньскую, прогнавше волохы, иже бѣша приялѣ землю словеньску. Си бо угри почаша быти пр-Ираклии цесари, иже ходиша на Хоздроя, цесаря пѣрьскаго. В си же времена быша и обре, иже воеваша на цесаря Ираклия и мало его не яша. Си же обри воеваша на словѣны и примучиша дулѣбы, сущая словѣны, и насилье творяху женамъ дулѣбьскымъ: аще поѣхати бяше обрину, не дадяше въпрячи коня, ни волу, но веляше въпрячи 3, или 4, ли 5 женъ в телѣгу и повести обрина, и тако мучаху дулѣбы. Бяху бо обри тѣломъ велицѣ, а умомъ горди, и потреби я Богъ, и помроша вси, и не оста ни единъ обринъ. И есть притча в Руси и до сего дни: погибоша аки обри, ихъ же нѣсть ни племене, ни наслѣдка. По сихъ бо придоша печенизѣ, и пакы идоша угри чернии мимо Киевъ послѣже при Ользѣ.»

«Когда же славянский народ, как мы говорили, жил на Дунае, пришли от скифов, то есть от хазар, так называемые болгары, и сели по Дунаю, и были поселенцами на земле славян. Затем пришли белые угры и заселили землю славянскую, прогнав волохов, и овладели землей славянской. Угры эти появились при цесаре Ираклии, они и воевали с Хосровом, персидским царем. Были в те времена и обры, воевали они с цесарем Ираклием и чуть было его не захватили. Эти обры воевали и против славян и притесняли дулебов — также славян, и творили насилие женщинам дулебским: бывало когда поедет обрин, то не позволял запрячь коня или вола, но приказывал впрячь в телегу трех, или четырех или пять женщин и везти обрина, и так мучили дулебов. Были же эти обры велики телом, а умом горды, и Бог истребил их, вымерли все, и не осталось ни одного обрина. И есть поговорка на Руси и доныне: «Погибли как обры», — их же не осталось ни рода, ни потомства. После обров пришли печенеги, а затем прошли черные угры мимо Киева, но было это после, уже при Олеге.»

Отметим интересный момент «А посемъ придоша угре бѣлии» переводится как «затем пришли белые угры». В то же время: посему — нареч. обстоят. причины устар. то же, что поэтому. (Толковый словарь Ефремовой. Т. Ф. Ефремова.) Но позвольте, если принять это значение, то болгары(волгары) превращаются в белых угров!

Что еще интересно, так это асоциация скифов с хазарами, а возможно и Волжской булгарии с Хазарией. Обры уже давно и прочно нашими историками связаны с аварами, но пассаж про притеснение жен дулебских, наводит на мысль, что обры вовсе и не этнос, а некое «сословие» возможно военное. Ведь в тексте так и сказано: «В си же времена быша и обре». Т.е. вместе с белыми уграми. Вот поэтому и вымерли они все не оставив потомства.

«Поляномъ живущимъ о себѣ, якоже ркохомъ, сущии от рода словѣньска и наркошася поляне, а деревляне от словенъ же и нарекошася древляне; радимичи бо и вятичи от ляховъ. Бяста бо два брата в лясѣхъ: Радимъ, а другый Вятко, и, пришедша, сѣдоста: Радимъ на Съжю, и прозвашася радимичи, а Вятко сѣде своимъ родомъ по Оцѣ, от него прозвашася вятичи. И живяху в мирѣ поляне, и древляне, и северо, и радимичи, и вятичи и хорвати. Дулѣби же живяху по Бугу, кде нынѣ волыняне, а уличи, тиверци сѣдяху по Бугу и по Днѣпру, и присѣдяху къ Дунаеви. И бѣ множество ихъ, сѣдяху бо по Бугу и по Днепру оли до моря, и суть городы ихъ и до сего дне, да то ся зовяху от Грѣкъ Великая скуфь.»

«Поляне же, жившие сами по себе, как мы уже говорили, были из славянского рода и назвались полянами, и древляне произошли от тех же славян и назвались древляне; радимичи же и вятичи — от рода поляков. Были ведь два брата у поляков — Радим, а другой — Вятко. И пришли и сели: Радим на Сожи, и от него прозвались радимичи, а Вятко сел с родом своим по Оке, от него получили свое название вятичи. И жили между собою в мире поляне, древляне, северяне, радимичи, вятичи и хорваты. Дулебы же жили по Бугу, где ныне волыняне, а уличи и тиверцы сидели по Бугу и по Днепру и возле Дуная. Было их множество: сидели по Бугу и по Днепру до самого моря, и сохранились города их и доныне; и греки называли их «Великая скифь».

 Стандартное объяснение существования двух родственных племен, современных автору текста, это происхождение от двух братьев. Так же из текста следует, что греки скифами называли славян. Но, ранее было указание на других скифов! Где правда?

«Имѣяхуть бо обычая своя и законы отець своихъ и предания, кождо своя норовъ. Поляне бо своихъ отець обычай имяху тихъ и кротокъ, и стыдѣнье къ снохамъ своимъ и къ сестрамъ, и къ матеремъ своим, и снохы къ свекровамъ своимъ и къ дѣверемъ велико стыдѣнье имуще. И брачный обычай имѣаху: не хожаше женихъ по невѣсту, но привожаху вечеръ, а заутра приношаху что на ней вдадуче. А деревляни живяху звѣрьскымъ образомъ, живуще скотьскы: и убиваху другъ друга, ядуще все нечисто, и браченья в нихъ не быша, но умыкаху у воды дѣвица. А радимичи, и вятичи и северо одинъ обычай имяху: живяху в лѣсѣ, якоже всякый звѣр, ядуще все нечисто, и срамословье в нихъ предъ отьци и пред снохами, и бьраци не бываху в нихъ, но игрища межю селы, и схожахуся на игрища, на плясанья и на вся бѣсовьскыя пѣсни, и ту умыкаху жены собѣ, с неюже кто свѣщевашеся. Имяхут же по двѣ и по три жены. И аще кто умряше, творяху трызну надъ нимь, и посемъ творяху кладу велику, и възложать на кладу мертвѣца и съжигаху, и посемъ, събравше кости, вложаху въ <...> ссудъ малъ и поставляху на столпѣ на путехъ, иже творять вятичи и нынѣ. Си же обычаи творяху и кривичи и прочии погании, не вѣдуще закона Божиа, но творяху сами себѣ законъ.»

«Все эти племена имели свои обычаи, и законы своих отцов, и предания, каждое — свои обычаи. Поляне имеют обычай отцов своих тихий и кроткий, стыдливы перед снохами своими и сестрами, и матерями; и снохи перед свекровями своими и перед деверями великую стыдливость имеют; соблюдают и брачный обычай: не идет жених за невестой, но приводят ее накануне, а на следующий день приносят что за нее дают. А древляне жили звериным обычаем, жили по-скотски: убивали друг друга, ели все нечистое, и браков у них не бывало, но умыкали девиц у воды. А радимичи, вятичи и северяне имели общий обычай: жили в лесу, как и все звери, ели все нечистое и срамословили при отцах и при снохах, и браков у них не бывало, но устраивались игрища между селами, и сходились на эти игрища, на пляски и на всякие бесовские песни и здесь умыкали себе жен по сговору с ними; имели же по две и по три жены. И если кто умирал, то устраивали по нем тризну, а затем делали большую колоду и возлагали на эту колоду мертвеца и сжигали, а после, собрав кости, вкладывали их в небольшой сосуд и ставили на столбах по дорогам, как делают и теперь еще вятичи. Этого же обычая держались и кривичи и прочие язычники, не знающие закона Божьего, но сами себе устанавливающие закон.»

 Естественно поляне предки ляхов иногда сливающиеся у автора в единое целое отличаются самыми лучшими качествами.

«Глаголеть Георгий в лѣтописьцѣ: «Ибо комуждо языку овѣмь законъ исписанъ есть, другымъ же обычая, зане безаконнымъ отечьствиемь мнится. От нихъ же пѣрьвое сирии, живущии на конѣць земля, законъ имуть отець своих и обычая: не любодѣяти, ни прѣлюбодѣяти, ни красти, ни клеветати, ли убити, ли зло дѣяти всема отинудь. Законъ же и у ктириянъ, глаголемии върахмане и островичи, иже от прадѣдъ показаньемь и благочестьемь мясъ не ядуще, ни вина пьюще, ни блуда творяще, никакояже злобы творяще, страха ради многа. Ибо явѣ таче прилежащим к нимъ индомъ: убийстводѣица, сквѣрнотворящии, гнѣвливи паче естьства; въ нутренѣйший же странѣ ихъ человѣкы ядуще и страньствующихъ убиваху, паче же ядять яко пси. Етеръ же законъ халдѣемь и вавилоняномъ: матери поимати, и съ братними чады блудъ дѣяти, и убивати. Всяко бестудьное дѣяние яко добродѣтелье мнятся дѣюще, любо аще и далече страны своея будут.»

«Говорит Георгий в своем летописце: «Каждый народ имеет либо письменный закон, либо обычай, который люди, не знающие закона, соблюдают как предание отцов. Из них же первые — сирийцы, живущие на краю света, имеют они законом себе обычаи своих отцов: не заниматься любодеянием и прелюбодеянием, не красть, не клеветать или убивать и, особенно, не делать зло. Таков же закон и у бактриан, называемых иначе рахманами или островитянами; эти по заветам прадедов и из благочестия не едят мяса и не пьют вина, не творят блуда и никакого зла не делают, страх имея великий. Иначе — у соседних с ними индийцев: эти — убийцы, сквернотворцы и гневливы сверх всякой меры; а во внутренних областях их страны едят людей, и убивают путешественников, и даже едят как псы. Свой закон и у халдеев и у вавилонян: на матерях жениться, блуд творить с детьми братьев и убивать. И всякое бесстыдство творят, считая его добродетелью, даже если будут далеко от своей страны.»

Георгий Амартол вроде бактриан «галаголит» брахманами и островитянами! Но если вчитаться не в перевод, а в первоисточник: «и у ктириянъ, глаголемии върахмане и островичи». Получаются ктирияне, вероятно жители Крита, но не как не Бактрии, которая находится в долине Амударьи, брахманы и островитяне!!! Вот и кому верить? Критяне вроде больше тянут на островитян, но бактрийцы ближе к современной Индии, где вроде как есть брахманы. Почему историки прячут загадку вольным переводом? Судя по многим источникам Индия в них очень далека от своего нынешнего местоположения! У того же Амартола, Александр Македонский захватывает Индийские страны, кроме царства вдовы Кандакии. А ведь Кандакия – это титул (или имя) цариц Эфиопских. И после общения со вдовушкой Алесандр прям «телепортируется» в Египет. Или вспомним поход сына Чингис-хана у Карпини: «Также другого сына он послал с войском против Индов, и он покорил малую Индию; это черные Саррацины, которые именуются Эфиопами.» Любопытно не правда ли? Но Карпини и Амартол будут разобраны в других статьях нашего сайта. Вернемся к повести.

«Инъ же законъ гилиомъ: жены у нихъ орють, и хоромы зижють, и мужьскыя дѣла творять, но и любы творить елико хощеть, не въздѣржаемы от мужий своихъ отинудь, ни зазрятъ. В нихъ же суть и хоробры жены ловити звѣрѣ крѣпькы. Владѣють жены мужьми своими и въдобьляють ими. Въ Вритании же мнози мужи съ единою женою спять, тако же и многыя жены съ единымъ мужемъ похотьствують и безаконьная законъ отець творять независтьно и невъздѣржанно.»

«Другой закон у гилий: жены у них пашут, и дома строят, и мужские дела совершают, но и любви предаются сколько хотят, не сдерживаемые вовсе своими мужьями и не стыдясь; есть среди них и храбрые женщины, умелые в охоте на зверей. Властвуют жены эти над мужьями своими и повелевают ими. В Британии же несколько мужей с одною женою спят, а также многие жены с одним мужем связь имеют и беззаконие как закон отцов совершают, никем не осуждаемые и не сдерживаемые.»

Это тоже выкопировка из Амартола, которая продолжается и в следующем абзаце.

«Амазоняни же мужа не имуть, акы скотъ бесловесный, но единою лѣтом к вешнимъ днемъ озѣмьствени будуть и съчитаються съ окрѣстныхъ <...> мужи, яко нѣкоторое имъ торжество и велико празднество время тѣ мнять. От нихъ заченшим въ чревѣ, и пакы разбѣгнутся отсюду вси. Въ время же хотящимъ родити, аще родится отроча — погубять и́, аще ли дѣвическъ полъ, то въздоять и прилѣжьно и въспитают».

«Амазонки же не имеют мужей, как скот бессловесный, но единожды в году, близко к весенним дням, выходят из своей земли и сочетаются с окрестных <земель> мужчинами, считая то время как бы неким торжеством и великим праздником. Когда же зачнут от них в чреве, — снова покидают те места. Когда же придет время родить, и если родится мальчик, то убивают его, если же девочка, то вскормят ее и прилежно воспитают».

Достаточно «сославшись на авторитеты» наш множественный автор описывает неких половцев. 

«Якоже се и нынѣ при насъ половци законъ дѣржать отець своихъ: кровь проливати, а хвалящеся о семъ, и ядуще мертвечину и всю нечистоту, хомякы и сусолы, и поимають мачехы своя и ятрови, и ины обычая отець своихъ. Но мы же, християне, елико земль, иже вѣрують въ святую Троицю, и въ едино крещение, и въ едину вѣру, законъ имамъ одинъ, елико в Христа крѣстихомъся и въ Христа облекохомся.»

«Так вот и теперь при нас половцы держатся закона отцов своих: кровь проливают и даже хвалятся этим, и едят мертвечину и всякую нечистоту — хомяков и сусликов, и берут в жены своих мачех и невесток, и следуют иным обычаям своих отцов. Мы же, христиане всех стран, где веруют во святую Троицу, в единое крещение и исповедуют единую веру, имеем единый закон, поскольку мы крестились во Христа и во Христа облеклись.»

 Половцев историки прочно связали с куманами и кипчаками, и считают их кочевыми тюрками.

«По сихъ же лѣтехъ, по смерти братья сея, быша обидими деревляны и инѣми околными. И наидоша я козаре, сѣдящая в лѣсѣхъ на горах, и ркоша козарѣ: «Платите намъ дань». Здумавше же поляне и вдаша от дыма мечь. И несоша козарѣ къ князю своему и къ старѣйшинамъ своим и рѣша имъ: «Се, налѣзохомъ дань нову». Они же рѣша имъ: «Откуду?», Они же рѣша имъ: «В лѣсѣ на горах, над рѣкою Днѣпрьскою». Они же ркоша: «Что суть вдалѣ?» Они же показаша мечь. И рѣша старцѣ козарьстии: «Не добра дань, княже! Мы доискахомся оружьемь одиноя страны, рѣкше саблями, а сихъ оружье обоюду остро, рекше мечи. Си имуть имати и на нас дань и на инѣхъ странахъ». Се же събысться все: не от своея воля ркоша, но от Божия изволѣнья. Яко и при фараонѣ, цесари егупетьстемь, егда приведоша Моисѣя пред фараона, и ркоша старци фараони: «Сий хощеть смирити область Егупетьску»; якоже и бысть: погыбоша егуптянѣ от Моисѣя, а пѣрвѣе бѣша работающе имъ. Тако и си: пѣрвѣе владѣша, а послѣдѣ самѣми владѣют; якоже и бысть: володѣють бо козары русьстии князи и до днешняго дне.»

«По прошествии времени, после смерти братьев этих, стали притеснять полян древляне и иные окрестные люди. И набрели на них хазары, на сидящих в лесах на горах, и сказали хазары: «Платите нам дань». Поляне, посовещавшись, дали от дыма по мечу, и отнесли их хазары к своему князю и к старейшинам своим, и сказали им: «Вот, новую дань нашли». «Те же спросили у них: «Откуда?» Они же ответили им: «В лесу на горах над рекою Днепром». Опять спросили те: «А что дали?» Они же показали меч. И сказали старцы хазарские: «Не на добро дань эта, княже: мы добыли ее оружием, острым только с одной стороны, — саблями, а у этих оружие обоюдоострое — мечи. Им суждено собирать дань и с нас и с иных земель». И сбылось все это, ибо не по своей воле говорили они, но по Божьей воле. Так было и при фараоне, царе египетском, когда привели к нему Моисея и сказали старцы фараоновы: «Этому суждено унизить землю Египетскую»; так и случилось: погибли египтяне от Моисея, а сперва были <евреи> рабами их. Так же и эти: сперва властвовали, а после над ними самими властвуют; так и есть: владеют русские князья хазарами и по нынешний день.»

Автор находящийся под сильным впечатлением библейского сюжета про Моисея пишет явно не историю а сказку про дар полян хазарам. Но из текста выходит, что современные ему хазары если таковые и были, или подчиненные, или по крайней мере, не представляющие угрозы соседи. 

comments powered by Disqus

Главная

«Повесть временных лет» чья это история?

Часть 1. Вступление не обремененное хронологией.

Часть 2. Введение хронологии, и термина Русь.

Самые вероятные версии того, что описано в ПВЛ.

Здесь может быть ваша реклама

ВСПОМНИТЬ ВСЕ!!!

ФОРУМ

Вспомнить всё
Loading